Статьи

Подписаться на RSS

Популярные теги Все теги

Учить учиться

Попадая в учебное заведение, ребёнок не выбирает себе ни учителей, ни набор изучаемых предметов, а потому очень рано сталкивается с необходимостью заниматься тем, к чему у него интерес ещё не сформирован. Чтобы подстегнуть детей, родители и учителя начинают стимулировать их деятельность, опираясь на чувство долга.

На вопрос, для чего ему надо знать то-то и то-то, ребёнок слышит уклончивое «Так положено...». Обязательства «учиться хорошо» ребёнок на себя не берёт. Эти обязательства ему навязывают взрослые. Отсутствие выбора и непонимание «для чего...» мешают ребёнку осознать свои потребности, что делает его несчастным по-жизни, ведь только тогда, когда потребности осознаются и удовлетворяются, появляется возможность наполнить свою жизнь радостью.

Итак, со школьной скамьи ребёнок начинает стремиться к высоким стандартам. И ажиотаж вокруг оценок взрослые часто путают с любовью к знаниям. На самом деле чаще всего движущей силой «на пути к знаниям» становится страх разочаровать наставников. Неизбежным становится наказание, которое сопряжено с давящим чувством вины в случае получения ребёнком низкой оценки. На детей возлагаются надежды. И когда надежды не оправдываются, дети и родители впадают в отчаяние.

Потребность ребёнка в заботе со стороны взрослых хронически не удовлетворяется с началом обучения в школе. Родители, у которых эта потребность в детстве также не удовлетворялась, компенсируют её за счет детей: мамы/папы включаются в борьбу за статус «хорошего родителя». Это выливается в чрезмерную заботу о детях, которая лишает детей самостоятельности и ответственности. Наступает трагическая потеря «Я» у ребёнка. И часто уже к подростковому возрасту дети осознают бессмысленность собственного существования, и в них развивается душевная черствость на фоне остро переживаемого одиночества. Подростку кажется, что он сам по себе никому не нужен, а нужны только его достижения, которые компенсируют родительскую неуверенность и тревожность. Оценки-оценки-оценки-оценки...

Депрессия нынче чрезвычайно помолодела. Защитной реакцией на непонимание смысла жизни является стремление к социальному успеху, который держит в напряжении психику и, в случае провала, приводит к еще более глубокому душевному холоду.

Гордость родителей за ребёнка очень часто прикрывает бессознательное чувство стыда. Стыд проявляется тогда, когда ребёнок не оправдывает надежды. Так, восхищение ребёнком замещает любовь к нему. Ребёнок же менее всего нуждается в восхищении. Ему нужно уважение и принятие его чувств, какими бы они ни были. Он жаждет, чтобы его приняли любым: злым и уставшим, разочарованным и раздраженным. Ему важно, чтобы взрослые не тянули одеяло на себя, считая себя виновниками его растрепанных чувств, отгораживаясь от его плохого настроения, которое делает их самих «плохими» в собственных глазах. Отказ от собственных чувств для ребёнка чреват, прежде всего, потерей интереса к жизни. А родителей, когда они приходят ко мне на консультацию, волнует потеря интереса к учебе. А то, что ребёнок при этом теряет возможность сопереживания и страдает его чувство собственного достоинства, их редко волнует на фоне погони за аттестатом.

Родителям необходимо осознать, наконец-то, к чему приводит школьная система, где «надо» отравляет души наших детей ядами одиночества. Выход на семейную форму образования - это выход из оценочной системы не только для детей, но и для родителей тоже. Им самим придётся меняться, чтобы разорвать этот порочный круг разобщенности и вместе с детьми выйти на уровень осознания своих и его потребностей. Эти потребности необходимо согласовать между собой и перевести на уровень намерений. А это уже серьёзное планирование достижения совместных целей.

Родителям, которые формируют в ребёнке навыки самообразования, необходимо научиться эмоционально вовлекать ребёнка в учебный процесс и самим воодушевляться жизнью. Наличие сформированной мотивации у ребёнка делает его ответственным за результаты своей деятельности. Этому мы учимся не только на практикуме, но и в пост-тренинговой работе в закрытых группах «Команды успеха».

Когда ребёнок видит, что вы на его стороне и вам важны его интересы, ваша родительская любовь придает ему силы в поисках своего истинного Я. И тогда в процессе СО выигрывает вся семья.

Пригодится статья: http://lubovs.nethouse.ru/articles/296838, чтобы понять, как «надо» переводится в «хочу».

Такие "важные" навыки

Недавно я услышала такой аргумент в пользу школы: «В школе ребёнок учится ловчить и хитрить. Эти навыки являются необходимыми для выживания во взрослой жизни». И действительно, попадая в школу, ребёнок учится правилам игры, замешанной на формализме и умении изворачиваться. Если кому-то такие способы адаптации к обществу кажутся значимыми, то стоит ли тогда жаловаться на то, что в жизни так много обмана и манипуляций.

Взрослые говорят детям, как надо поступать. Но поступают ли они сами в соответствии со своими требованиями?

Если ребёнок впитывает такое поведение как норму, то начинает себя вести в соответствии с этими социальными шаблонами. Но однажды он с удивлением обнаруживает, что, поступая так, сильно раздражает взрослых. Пока этот клубок противоречий ему удастся распутать, наступает подростковый период. И тут начинается обобщение, когда весь взрослый мир воспринимается как мир лицемерия и лжи. Вырабатывается презрение, неподчинение, протестное поведение, заканчивающееся, в конце концов, формами изощрённого манипулирования взрослыми.

Замечаете ли вы, как виртуозно дети манипулируют вами, используя ваше желание «гордиться» их достижениями? Они используют ваши амбиции для того, чтобы достигать своих целей. Их уже больше не убеждают двойные стандарты общества. Они используют ваши же идеалы, чтобы извлечь из них выгоду, избежав наказания или приобретя материальные блага, даже ценой подтасовки, скрытого обмана и игры на ваших чувствах.

«Я уже заранее знаю, что мне скажут и как поступят. Взрослые настолько предсказуемы, что аж тошнит. Они, как зомби, разговаривают такими правильными формулировками, словно отрабатывают некие программы, вложенные в их головы. Порой, я не чувствую, что они живые. Как роботы знают, как правильно, а как неправильно. Но тут же сами делают всё наоборот. «Я люблю тебя, потому вынуждена тебя наказать» - постоянно говорит мне мать. Интересно, она хоть слышит себя? Если это и есть любовь, то я не хочу, чтобы меня любили. Я так хочу, чтобы от меня отстали. Они требуют от меня того, что сами не делают. Когда я пытаюсь им рассказать о своих проблемах, то постоянно слышу: «Будь сильным. Научись преодолевать проблемы». А сами вечно ноют и критикуют». Это говорит подросток, сидящий напротив меня. Он говорит мне это, предъявляя счет той части мира, которую отвергает, изобличая. Он дезориентирован и не понимает, как ему жить. Он на грани отчаяния. И при этом сами родители считают его в порядке. Они привели его ко мне, чтобы я помогла им разобраться с его ленью. Они недовольны, что ребёнка ничего не интересует, кроме развлечений.

Он плакал, ненавидя себя за свои слёзы. Он впервые увидел взрослого, который, заглянув в его глаза, просто слушал. Именно тогда он впервые так глубоко осознал своим юным сердцем, что такое одиночество, когда веет холодом изо всех щелей прогнившего от лжи взрослого мира. Как это важно: разделить это чувство без отвержения и страха, получая сопереживание.

Так мы и сидели, слушая тишину собственных сердец. Я надеюсь, что наша встреча убережет его от последнего шага и он не упадёт окончательно в пропасть безысходности.

Дети с диагнозом СДВГ, оставившие школьное обучение

Эти дети и их родители лучше справляются с СДВГ вне традиционной системы образования.

Ранее я публиковал просьбу прислать рассказы о детях с диагнозом СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности), которые обучались дома, практиковали анскулинг или «свободное обучение». Я получил 28 таких рассказов и провел их качественный анализ.

Мой анализ этих рассказов заставляет предположить, что:

Большинство детей с диагнозом СДВГ нормально обходятся без препаратов, если они не находятся в традиционной школе;
Симптомы СДВГ не исчезают, но они больше не являются такой проблемой, как прежде; а также дети с диагнозом СДВГ, по-видимому, особенно хорошо справляются, когда им позволяют взять на себя ответственность за собственное образование.

Вывод 1: Большинство детей, которым давали препараты от СДВГ, пока они находились в традиционной школе, перестали принимать препараты, когда их вывели из обычной школы, а дети не ходившие в обычную школу никогда не принимали препаратов.

Исследования регулярно показывают, что большинство детей с диагнозом СДВГ, посещающих традиционную школу, принимают стимулирующие препараты (ингибиторы обратного нейронного захвата дофамина) в качестве лечения.

Вывод 2: Поведение, настроение и обучаемость детей в целом улучшились, когда они прекратили традиционное обучение, не потому что симптому СДВГ пропали, а потому что дети теперь находились в ситуации, где они могли научиться справляться с этими симптомами.

Только двое или трое респондентов сообщили, что типичное для СДВГ поведение пропало, когда ребенка забрали из обычной школы. Большинство сказало или подразумевало, что симптомы остались, но они перестали быть такой большой проблемой, в большинстве своем потому, что вне школы ребенок мог быть активным, самостоятельно направлять свою деятельность без того, чтобы нарушать порядок, и имел возможности учиться справляться со своими особенностями.

Вывод 3: По-видимому, у многих из этих детей очень высокая потребность самостоятельно направлять свое обучение и многие из них «гипер-концентрируются» на интересующих их задачах.

Диагноз СДВГ применяется к двум очень различным типам детей. У одного типа действительно есть «синдром дефицита внимания». Многие из них очень вовлекаются в то, что они хотят делать… Они занимаются своим делом – с другими детьми, если это накладывается на интересы других детей, и без других детей, если их захватило то, что другим детям не интересно. На них навешивают ярлык «синдром дефицита внимания» не потому что они не обращают внимания, а потому что у них нет механизма, чтобы справляться с навязанной им скукой… Другой тип – это дети просто физически активные до такой степени, что когда требуется тишина, они создают проблемы. Эти дети могут довести до того, что их выгонят с педсовета и школьного собрания, потому что они не могут контролировать себя, и часто у них длинный послужной список «беготни» и «наведения беспорядка», а также «возмутительно шумных» игр.

В подборке рассказов, которые я получил, многие дети, по-видимому, явственно попадают в первую категорию. Очевидно, что они относятся к детям с более высокой потребностью самостоятельно направлять собственное обучение, чем обычные дети. В этом отношении не удивительно, что те несколько детей из выборки, кто принимал препараты от СДВГ и во время обучения дома, это те, чье обучение дома было расписано родителями и выстроено по образцу того, что он получил бы в обычной школе.

В нашей культуре мы настолько привыкли думать о школе, как о нормативной среде для детей, что мы редко задумываемся о возможности детей нормально учиться и развиваться вне этой среды.

———————————
Автор: Питер Грей (Peter Gray)

Перевод: iRina.gift

Минусы обучения детей в семье, а не в школе?

1. Семейное обучение (СО) жестко вскрывает неумение родителей планировать. Даже больше: страх перед планированием и сильное сопротивление перед жизнью, упорядоченной в определенных нормах и правилах. Отсюда:


2. Осознание неумения выставлять границы, правила и нормы на основе четко продуманного плана, который отражал бы умение сотрудничать с детьми, а не контролировать их.


3. На СО ярко проявляется тревога, если она есть. Часто обнаруживается сценарий «Торопись успеть» и ориентация в самих родителях на оценку со стороны окружающих.


4. Приходит осознание того, что выход из школьной системы, сам по себе, не несет гарантий в смене парадигмы и возможности уйти от школьной оценочной системы. Часто в семье расцветает буйным цветом школа с её контролирующими функциями. Ребёнок же оказывается ещё и лишен общения с системными детьми, будучи погружен в систему контроля. Он начинает сопротивляться давлению и всеми силами рвётся на «волю». Воля для такого ребёнка - свобода общаться с детьми на уровне: «Дружу против…». Часто такое СО заканчивается провалом: ребёнка возвращают в школу. А расстроенные родители начинают распространять в соц.сетях свой неудавшийся опыт о том, как плоха система СО, не понимая, что дело не в системе, как таковой, а в системе контроля, проросшей в психике самих родителей, которая не отпускает их, хоть они и закончили школу давным-давно.

Вот, что говорит Аня Юртаева: https://vk.com/yurtaeva7

«Меня просто трясло, когда сын, лежа на полу, решал, писал или читал, а я не могла понять, что со мной творится, меня разрывало...он учит, ему радостно, нравится, второй голос говорил: ОН НЕПРАВИЛЬНО ДЕЛАЕТ, ДОЛЖЕН СИДЕТЬ, ЗА СТОЛОМ, СВЕТ, РУКА,,,, Я ужаснулась, когда услышала в своей голове голос первого учителя, потом моей мамы, свекрови! Они-то знают, как он ДОЛЖЕН учиться)))) и это далеко не все!»

«Расшколивание» необходимо тем, кто не просто выводит детей из системы контроля, но учится вместе с детьми жить в системе сотрудничества. Если рассматривать СО как возможность дать ребёнку какие-то особые знания, то родителей, не готовых к процессу сотрудничества с детьми, ждет разочарование.

ПЛЮСЫ ОБУЧЕНИЯ ДЕТЕЙ В СЕМЬЕ, А НЕ В ШКОЛЕ?: https://lubovs.nethouse.ru/articles/353267

Плюсы обучения детей в семье, а не в школе?

1. Не надо рано вставать. Это очень важно для детей-сов. Так, мой сын, учась в школе, «просыпался» только уроку к третьему. На первых двух всегда был сонный и вялый, плохо соображал, но именно на этих уроках в школе проходят контрольные по основным предметам. Поэтому во время учёбы во вторую смену учился на порядок выше, чем в первую.

2. Совокупное время школьников, которое они затрачивают на обучение, включает время проведённое в школе и время, когда они выполняют домашние задания. Экстерном и «семейником» на изучение учебного материала тратится гораздо меньше времени. Так, в начальной школе все наши занятия с Лисой (https://vk.com/foxy_music) занимали всего от часа до трёх, в зависимости от состояния её здоровья и психологического настроя.

3. Высвободившееся от школы время Лиса занималась теми видами деятельности, которые вызывали у неё интерес: рисование, лепка, танцы, музыка, походы по паркам, на концерты, в театр. У нас свободными были все дни недели, а не только суббота и воскресенье.

4. К концу «рабочей» недели «семейный» ребёнок сохраняет бодрость. У него отсутствует психологическое напряжение. Всё это связано с тем, что он живёт своими физиологическими ритмами, а не искусственно созданными госучреждением. Каждый ребёнок индивидуален. Удача, если внутренние циклы вашего ребёнка совпадают с расписанием занятий в школе. В этом случае ему легче будет осваивать учебный материал. Как-то Лиза захотела посещать школу ежедневно. Ей нравилось «тусить» с ребятами. К концу третьей недели я обнаружила, что мой всегда смышленый ребёнок «тупеет» на глазах, появилась апатия на фоне общей усталости. Наконец она заявила мне, что с неё хватит. И что общаться с одноклассниками она будет во время прогулок группы продлённого дня. Так мы и поступили, перестроив график посещения преподавателя по музыке. Лиза стала высыпаться, а общение наполнилось большей радостью.

5. Учась на семейном образовании, ребёнок имеет возможность охватить больший круг занятий, интересующий его. Это способствует раннему выявлению способностей, и какие-то занятия становятся приоритетными. Именно на них потом строится будущий поиск тех специальностей, которые определят профессиональную ориентацию. Как правило такие дети уже к 10-11 годам точно знают, кем и где они хотят работать. И этот выбор сделали за них не взрослые впопыхах или в пылу своих родительских амбиций. Этот выбор ребёнок делает сам. https://lubovs.nethouse.ru/articles/353262

6. Очень рано определившись с выбором профессии, можно погрузиться в углублённое изучение тех учебных дисциплин, которые требуются для их освоения. В старших классах происходит перераспределение времени не в ущерб ни отдыху, ни занятиям по интересам.

7. В течение учебного года можно путешествовать с ребёнком, когда вы захотите, не подстраиваясь под каникулы. Ограничением будет только музыкальная и художественная школы, но и с ними договориться гораздо легче.

8. Серьёзные занятия спортом, музыкой, танцами, рисованием не входят в противоречие с загруженностью домашними уроками. У «семейных» детей нет домашних работ. Нет и ежедневных контрольных. Ребёнок приходит в школу и предъявляет учителю только свои знания. Ему не снижают оценки за чистописание, оформление, за дисциплину.

9. У «семейника» не падает мотивация к учёбе от того, что он был готов к уроку, а его не спросили. На каждой консультации внимание учителя приковано только к нему одному. Это ещё и основа его ответственности: невозможно спрятаться за спины одноклассников. И потому учебный материал легко и без сопротивления осваивается без пропусков. От школьников часто можно услышать ответ на вопрос, сделал ли он уроки: «Меня не спросят. Сегодня спрашивали». Постепенно учёба превращается в профанацию. Если вам лично такие навыки, как умение выкручиваться и изображать бурную деятельность, кажутся важными, то отдавайте детей в школу. Именно там их этому учат. «Семейник» же понимает, что он будет один на один с учителем и потому очень рано осознает меру своей ответственности.

10. Учебный материал изучается не маленькими кусочками, как в школе, а большими и завершенными кусками. Разбивка на параграфы обусловлена тем, что на уроке длиной в 30-45 минут (начальная и средняя школы) невозможно осветить больший материал. Попробуйте рассмотреть любое художественное полотно, ежедневно разглядывая по одному пазлу. Трудно затем обобщить эти пазлы в общую картину, если учесть, что перед глазами каждый день появляется всё новый, не добавляя смысла уже рассмотренному. Потому ребёнок совершенно не представляет зачем уму это надо. Изучая учебный материал дома можно не торопиться, предъявляя учителю знание только маленькой части целого, как это делается в школе. Можно углубиться в изучение логически завершённой темы и понять логику всего материала, а уж потом просто отработать навыки. Появляется осмысленность освоей деятельности.

11. Я заметила, что усвоение учебного материала не идёт в одинаковом темпе. Что-то усваивается, на удивление, быстро, что-то очень медленно и даже приходится искать способы иной подачи материала, чем это предлагают учебники. В этом случае помогает ресурс интернета, где можно найти лекции по темам любых разделов учебников за любой класс. Причем, выкладываются лучшие лекции лучших педагогов страны. И если ребёнку интересно, то его не остановит звонок на самом захватывающем месте или отсутствие времени из-за завтрашней загруженности в школе. Так рождается увлечённость делом без напряжения перед расправой учителя, урок которого не подготовлен только потому, что человек был поглощен интересной информацией из другой дисциплины.

12. Однажды учитель истории выразил восхищение тем, что Лиза имеет свободное время на изучение её предмета по видео-материалам, которые она (педагог) физически не смога бы втиснуть в строгие рамки урока. На семейном образовании ребёнок имеет такую возможность – в любом объеме удовлетворять свою любознательность без потери результативности по другим предметам.

13. Из 45 минут урока учитель посвящает собственно учебному материалу в лучшем случае минут 15-20, да и те постоянно прерываются замечаниями в адрес учеников, приходом на урок завуча, директора, а то и вызовом учителя с урока, когда дети остаются предоставленными самим себе. Это очень сильно снижает уровень освоения знаний. Дети не рассказывают об этих инцидентах, так как их забавляет ситуация, когда они могут избежать нежелательной проверки своих знаний или появляется возможность пообщаться во время урока. Когда сын учился в школе, мне приходилось новый материал всякий раз рассказывать ему дома. Он говорил, что ничего не понял на уроке. Теперь я знаю почему: я видела эту печальную картину, приводя Лису в школу на аттестации.

14. При углублённом изучении предмета, ребёнок, порой, оказывается компетентнее учителя. Так, мой сын, опережая программу по математике и физике, находил на уроке ошибки учителя. Когда он отказывался ошибочное решение списывать с доски, указывая на ошибку, то самолюбие учителя было уязвлено, что влияло на их взаимоотношения и приводило к занижению оценки. На консультациях с Лисой учитель оказывался с ней один-на-один. Учителю проще было признать свою ошибку, если таковая случалась, так как её свидетелем не был целый класс. Поэтому Лиса не боится отстаивать своё мнение.

15. Однажды сын пришёл из школы с двойкой по математике. Проверив решение задачи, я не нашла его неверным. Пришла в школу за разъяснениями и услышала: «Он решил задачу не тем методом, о котором я рассказывала». На семейном образовании такая ситуация просто невозможна. Всё, что решает ребёнок, имеет либо верное решение, либо нет.

16. Если на консультации «семейника» учитель обнаруживает пробелы в знаниях, то ребёнок может либо согласиться с оценкой, которая его устроит, либо вернуться домой с замечаниями и разъяснениями учителя для дополнительной проработки темы. У ребенка есть возможность интересующий его предмет изучать сколь угодно долго и с какой угодно глубиной: промежуточный итог не влияет на итоговую оценку. А это значит, что ребёнок не живёт в постоянном страхе и стрессах.

17. Каждую весну школа живёт, как на вулкане. Эффективность преподавания в школе проверяющие органы оценивают по результатам ГИА и ЕГЭ, потому уроки по основным предметам с 5 по 8 класс бывают сорваны из-за учителей, «натаскивающих» в соседних кабинетах выпускников. Приплюсуйте к этому наличие многочисленных весенних праздников и получится ситуация, когда школьники не успевают пройти учебный материал года даже в таком разжиженном виде, который представлен в современных учебниках. Но ученики молчат об этом: кому хочется потерять свободу «законно бить баклуши». Если они об этом скажут родителям, то, возможно, те пойдут в школу выражать своё недовольство. Учителя так прокомментировали мне этот момент: «С сентября мы будем заново повторять материал последней четверти, так что, мы успеем изучить упущенное». Но с сентября ученики попадают в ситуацию не повторения пройденного материала, а в ситуацию изучения нового. Мало того, с первой недели сентября уже выставляются оценки за повторение учебного материала прошлого года. Вы уверены, что при отсутствии повторения в конце года и при наличии трёх месяцев каникул у детей могут возникнуть прочные знания? Вы сами способны при таком длительном перерыве удержать в голове информацию, которая не была прочно усвоена? Информация, к которой не было интереса, очень быстро забывается.

18. Откройте любой учебник по русскому языку или математике, чтобы последующее моё заявление не звучало для вас голословно. Учебный год всегда начинается с повтора того, что изучали в последней четверти. Теперь представьте, что ребёнок, который изучает учебный материал без пропусков и тех моментов, что я описала пунктом выше, с удивлением обнаруживает, что перед ним новый материал в объеме не года, а лишь полугода. Поэтому-то таким детям, обучающимся вне стен школы, легко сдать два класса за один учебный год. И это делают вовсе не гениальные дети, а совершенно обычные. Было бы желание. Так, в старших классах Лиса «закрывала» учебный год к январю-февралю, приступала к изучению учебного материала следующего класса, полностью посвящая остаток учебного года музыке и спорту: ездила с концертами, на конкурсы, на соревнования... Вот вам и ответ на вопрос: «Как так получается, что на семейном обучении дети сплошь и рядом заканчивают школу с опережением?» Да, если дети хотят закончить два класса за один год (до 8 класса), то осуществить это не так уж и сложно. И в конце учебного года не чувствуют изматывающей усталости.

19. Тому, кто хочет поступать в ВУЗы с профилирующими предметами по химии, биологии и математике, стоит заручиться помощью репетитора уже с 9 класса, а лучше с восьмого. Почему? Потому что бездарно построена школьная программа. Например, в 9 классе изучается неорганическая химия, органическая – в 10 классе, а биология 9 класса основана на знаниях органической химии. Как можно понять, что излагается в учебникие биологии, если только на следующий год станут понятны процессы, которые в 9 классе остаётся только тупо зазубрить? Я же, понимая эту ситуацию, перевела Лису в экстернат. С 8 класса она получила возможность вначале изучить неорганическую и органическую химию и только затем приступить к освоению биологии 9 класса с полным пониманием всех процессов. Комментарий учителя обычной школы: «Да, я понимаю нелогичность подачи учебного материала... Но кто мне позволит переиначить его последовательность? Я нахожусь в рамках по-урочного плана». Поэтому-то мы и ушли на экстернат, где Лиса имела возможность сдавать предметы так, как ей было удобно, без привязки к ступеням: можно было иметь аттестацию по разным предметам за разные классы. Главное условие к экстернам – прийти к итоговой аттестации в 9 классе, имея оценки по всем предметам, соответствующим этой ступени.

20. Теперь о математике. Если ваш ребёнок захочет стать инженером или архитектором, то столкнётся с недостаточностью своих знаний по тригономерии для того, чтобы успешно освоить курсы по сопромату и теоретической механнике. В современных учебниках курс тригонометрии настолько урезан, что годится только для сдачи ЕГЭ, но не как не для изучения столь серьёзных дисциплин, которые основанны на глубоких знаниях тригонометрии. Посещая школу трудно совмещать выполнение школьных заданий с углублённым изучением тех разделов учебной программы, которые требуются для получения образования в ВУЗе.

21. Если вы столкнётесь с ситуацией необходимости брать репетитора школьнику, то затратите на это гораздо больше денег, нежели на ребёнка, имеющего навыки самообразования. Школьник ждёт от репетитора постоянного «разжёвывания» нового учебного материала – к этому его приучила школа. А потому ему требуется гораздо больше консультаций. На первых порах репетитору приходится вначале восполнить пробелы в знаниях школьника. И к тому же, школьник получает дополнительную нагрузку: нужно готовиться к ежедневным урокам и к занятиям с репетитором. Лиса же училась без пропусков и репетитор тут же приступил к изучению нового материала, что уже сократило наши расходы. Затем экономия возникла тогда, когда стало понятно, что дочь готова к прослушиванию лекций раз в неделю. Далее она отрабатывала навыки самостоятельно и репетитора звала на помощь по мере накопления не понятого ею. Это случалось раз или два раза в месяц. Всё это сокращало колличество платных консультаций и экономило наши средства. За время учёбы у Лизы было два репетитора по тем предметам, которые требуют особых знаний для освоения выбранной ею профессии.

22. Если посчитать расходы на обраование школьника и «семейника», то результат будет не в пользу первых. Мы не платили школьные взносы, не оплачивали ежегодные ремонты, от нас родительский комитет не требовал денег на подарки учителям, на расходные материалы. Мы были избавлены от расходов на дополнительные платные услуги школы. Как только я слышу: «Такое образование только для богатеньких», я понимаю что передо мной человек мифотворческого склада ума.

Как видете, соображения в пользу самообразования с ранних лет имеет серьёзную финансовую подоплёку, а не только психологическую. Все эти аргументы для кого-то покажутся пустячными и не стоящими внимания. Мне говорят: «Да кому нынче нужны знания! Дипломы покупаются. Вы разве не знаете?» Знаю. Как знаю и другую сторону медали – падает престиж знаний, а вместе с ним страдает экономика страны. Неучей с дипломами пруд пруди, а страна катится к катастрофе: лучшие умы уезжают из страны, а те, кто остаются, вынуждены искать источники дохода, не учитывающие их способностей. В итоге, страна недополучает практическую пользу, от нереализованного творческого потенциала граждан, который ею не востребован. Поэтому эта информация для тех, кто ценит знания, профессионализм и компетентность.

На чем основан выбор формы образования?

Как показывают данные исследований, семейное образование дает в среднем академические и социальные результаты не худшие, а во многих случаях и лучшие, чем обучение в «школьном» формате. Научные данные говорят о том, что семейное образование не уступает школьному обучению, а, порой, даже превосходит его. Какую форму образования предпочесть, школьное обучение или семейное, выбирают родители.

Являясь по экспертным оценкам наиболее быстро растущей формой общего образования в мире, семейное образование безусловно является самостоятельной и самоценной формой обучения, обладает собственными преимуществами и спецификой и не может считаться лишь субститутом школы.

Не случайно государственная программа Российской Федерации «Развитие образования» на 2013-2020 года (утв. Распоряжением Правительства РФ от 15.05.2013 N 792-р), относя в разделе 2.2 к приоритетам государственной политики в сфере дошкольного, общего образования и дополнительного образования детей на период до 2020 года обеспечение «качественно нового уровня индивидуализации образования», прямо связывает его, в том числе, и с развитием семейного образования.

Так чем же стоит руководствоваться при выборе формы образования?

Делайте выбор в пользу семейной формы образования, если вы хотите, чтобы ваш ребёнок:
— отработал приёмы самообразования, которые являются уже сейчас неотъемлемой частью высшей школы;
— научился жить и работать в рамках сотрудничества, а не контроля;
— умел самостоятельно планировать долгосрочные задачи с их разбивкой по месяцам, дням неделям;
— был избавлен от оценочной системы, на которой построен институт школы;
— умел руководствоваться не стратегией соревновательности и конкуренции, которая нужна тем, кто стремится к социальному успеху, а стратегией мотивации на достижение личностного успеха;
— обучался в собственном темпе, не испытывая стрессов от перенапряжения или теряя интерес к учёбе от интеллектуальной недогрузки;
— впитал в себя ценности вашей семьи, а не ценности, которые вам претят. Здесь надо четко осознавать свои собственные ценности, поступать сообразно им и понимать, какие же ценности прививает школьная система. Если родители не осознают свои ценности, то они без сожаления отдают ребёнка в школьную систему.


http://profamilia.ru/read/1195

Кто ходит в школу по утрам, тот поступает мудро?

«Применяемый метод обучения детей представляется мне совершенно таким, как если бы кому-либо, оплатив его труд и старания, поручили нарочно придумать преподавание, так чтобы учителя обучали своих учеников, а те учились не иначе, как с неимоверными трудами, со страшным отвращением, с бесконечными тягостями и притом не иначе, как в предельно длительный промежуток времени.


Всякий раз, когда я об этом думаю и размышляю, смущённое сердце содрогается, и ужас проникает в глубину моей души...


Думая обо всём этом, я, признаюсь, не раз приходил к мысли и к тому решительному убеждению, что всё это введено в школу каким-то злым и завистливым гением, врагом человеческого рода».

(см.: Коменский Я.А. Избр. Пед.соч. - М., 1955. - С. 224-225)


«Если вы думаете, что ваша система образования не совершенна и не эффективна, — это значит лишь то, что в свое время вы хорошо учились по этой системе, получили диплом с отличием и утратили способность к познанию! Вы смотрите на вещи поверхностно и примитивно — в меру своего понимания всех процессов и явлений во вселенной.


Здоровый и проницательный разум, способный проникать в суть вещей и познавать их истинную природу, уже давно заметил бы, что действующая система образования убога и порочна лишь в достижении тех целей, которыми ее условно наделяет общество. Но она исключительно эффективна для достижения других целей, о которых общество даже не подозревает.


К счастью, обществу не дано разглядеть этой истины. Потому что все члены этого общества прошли через механизм искажения мировоззрения и дисфункции умственных способностей в системе образования. Они не безумны, эти люди, но они пребывают в особом состоянии рассудка, которое превращает в их глазах весь окружающих мир в театр невероятных случайностей, никак не связанных между собой и абсолютно не управляемых свыше.


И этот глубокий дефект мышления одинаков не только для учеников и студентов, но и для преподавателей, завучей, директоров школ, деканов кафедр и ректоров академий, профессоров, академиков и министров образования. Да, да, мы имеем их всех. Поэтому мы не боимся разоблачения. Среди вас нет тех, кто все еще способен охватить своим умом всю глубину процессов и проникнуть в самую суть преследуемой цели. Уже три сотни лет мы учим вас по этой системе. И только мы знаем, чему мы вас учим…»

Эрик Ламберт
«Система образования в США» 2002 г

Учу учиться родителей и детей

Попадая в учебное заведение, ребёнок не выбирает себе ни учителей, ни набор изучаемых предметов, а потому очень рано сталкивается с необходимостью заниматься тем, к чему у него интерес ещё не сформирован. Чтобы подстегнуть детей, родители и учителя начинают стимулировать их деятельность, опираясь на чувство долга.


На вопрос, для чего ему надо знать то-то и то-то, ребёнок слышит уклончивое «Так положено...». Обязательства «учиться хорошо» ребёнок на себя не берёт. Эти обязательства ему навязывают взрослые. Отсутствие выбора и непонимание «для чего...» мешают ребёнку осознать свои потребности, что делает его несчастным по-жизни, ведь только тогда, когда потребности осознаются и удовлетворяются, появляется возможность наполнить свою жизнь радостью.


Итак, со школьной скамьи ребёнок начинает стремиться к высоким стандартам. И ажиотаж вокруг оценок взрослые часто путают с любовью к знаниям. На самом деле чаще всего движущей силой «на пути к знаниям» становится страх разочаровать наставников. Неизбежным становится наказание, которое сопряжено с давящим чувством вины в случае получения ребёнком низкой оценки. На детей возлагаются надежды. И когда надежды не оправдываются, дети и родители впадают в отчаяние.


Потребность ребёнка в заботе со стороны взрослых хронически не удовлетворяется с началом обучения в школе. Родители, у которых эта потребность в детстве также не удовлетворялась, компенсируют её за счет детей: мамы/папы включаются в борьбу за статус «хорошего родителя». Это выливается в чрезмерную заботу о детях, которая лишает детей самостоятельности и ответственности. Наступает трагическая потеря «Я» у ребёнка. И часто уже к подростковому возрасту дети осознают бессмысленность собственного существования, и в них развивается душевная черствость на фоне остро переживаемого одиночества. Подростку кажется, что он сам по себе никому не нужен, а нужны только его достижения, которые компенсируют родительскую неуверенность и тревожность. Оценки-оценки-оценки-оценки...


Депрессия нынче чрезвычайно помолодела. Защитной реакцией на непонимание смысла жизни является стремление к социальному успеху, который держит в напряжении психику и, в случае провала, приводит к еще более глубокому душевному холоду.


Гордость родителей за ребёнка очень часто прикрывает бессознательное чувство стыда. Стыд проявляется тогда, когда ребёнок не оправдывает надежды. Так, восхищение ребёнком замещает любовь к нему. Ребёнок же менее всего нуждается в восхищении. Ему нужно уважение и принятие его чувств, какими бы они ни были. Он жаждет, чтобы его приняли любым: злым и уставшим, разочарованным и раздраженным. Ему важно, чтобы взрослые не тянули одеяло на себя, считая себя виновниками его растрепанных чувств, отгораживаясь от его плохого настроения, которое делает их самих «плохими» в собственных глазах. Отказ от собственных чувств для ребёнка чреват, прежде всего, потерей интереса к жизни. А родителей, когда они приходят ко мне на консультацию, волнует потеря интереса к учебе. А то, что ребёнок при этом теряет возможность сопереживания и страдает его чувство собственного достоинства, их редко волнует на фоне погони за аттестатом.


Родителям необходимо осознать, наконец-то, к чему приводит школьная система, где «надо» отравляет души наших детей ядами одиночества. Выход на семейную форму образования - это выход из оценочной системы не только для детей, но и для родителей тоже. Им самим придётся меняться, чтобы разорвать этот порочный круг разобщенности и вместе с детьми выйти на уровень осознания своих и его потребностей. Эти потребности необходимо согласовать между собой и перевести на уровень намерений. А это уже серьёзное планирование достижения совместных целей.


Родителям, которые формируют в ребёнке навыки самообразования, необходимо научиться эмоционально вовлекать ребёнка в учебный процесс и самим воодушевляться жизнью. Наличие сформированной мотивации у ребёнка делает его ответственным за результаты своей деятельности. Этому мы учимся не только на практикуме, но и в пост-тренинговой работе в закрытых группах «Команды успеха».


Когда ребёнок видит, что вы на его стороне и вам важны его интересы, ваша родительская любовь придает ему силы в поисках своего истинного Я. И тогда в процессе СО выигрывает вся семья.


Пригодится статья: http://lubovs.nethouse.ru/articles/296838, чтобы понять, как «надо» переводится в «хочу».

«Закалка характера»

Я часто сталкиваюсь в комментариях, в личной переписке, в частных беседах и в ходе семинарской работы с фразой «Школьные трудности закаляют характер». Имеются ввиду те трудности, которые присутствуют именно в школе, а не в обучении. Эти трудности есть суть того, что так не нравится родителям в школе. Но, вот ведь как получается, стоит только подумать, что эти сложности закаляют характер, как тут же приходит спасительная мысль о том, что вред, нанесённый школой, с лихвой компенсируется таким важным качеством, как «сильный характер».


Так что же такое «сильный характер»? Что это за зверь такой, которому родители готовы скормить своих детей, чтобы только он потом служил им верой и правдой всю жизнь?


Тот, кто читает эту статью, может поразмышлять над определением этого загадочного термина, который владеет умами родителей. Но, как показывает моя практика, мало кто понимает, что же он значит на самом деле. И чаще всего в ходе беседы выясняется, что смысл, который в него вкладывают родители, заключается в обретении жизнестойкости, когда человек может устоять перед лицом всех невзгод.


Но что получается? Разве сами по себе трудности могут воспитать в человеке жизнестойкость, если нет наставника, который передаёт навыки выхода из сложных ситуаций: умение анализировать ход событий, умение видеть причинно-следственные связи этих событий, умение брать на себя ответственность за выборы, которые совершаешь на основе умения строить прогнозы.


Жизнестойкость предполагает отсутствие защит и доверие к миру, без инфантильной доверчивости к людям.


Сами по себе навыки жизнестойкости не вырабатываются одним только фактом столкновения с трудностями. Естественным образом в таком столкновении произрастают защитные реакции: такие, как сопротивление, борьба, агрессивность, злобливость, зависть или их антиподы, выраженные в склонности к жертвенности. Для меня это суть слабости. Защищаясь, я уже проигрываю, сливая в борьбе свою жизненную энергию.


Чтобы научить детей жизнестойкости, вовсе не обязательно помещать их в агрессивную среду как можно раньше. По мере роста ребёнка, жизнь, так или иначе, предъявляет ему испытания, которых хватает в избытке даже при том, что ребёнок обучается в семье. Будет ли школа в жизни вашего ребёнка или её не будет, не играет значения для выработки в нем умения противостоять невзгодам.


Для того, чтобы стать жизнестойким, ребёнку нужен мудрый взрослый, который дарит ему безусловную любовь и сам обладает навыками жизнестойкости. Поэтому стоит, на мой взгляд, делать акцент не на системе обучения, когда разговор идёт о жизнестойкости, а на наличии такого наставника в жизни вашего ребёнка или на его отсутствии.

Страх перемен

Если у родителей созрела мотивация для перевода ребёнка на семейное образование и есть вера в свои силы, то не следует откладывать такой важный шаг из соображений, что вначале надо сформировать в детях и в самих родителях необходимые для СО навыки.


Я знала немало людей, желающих перевести детей на СО, но так и не решившихся осуществить эти намерения. Потом эти люди занимались самоедством, все ошибки ребёнка списывая на свою нерешительность. А ведь СО тоже не защитило бы от ошибок. Ошибки - наш жизненный тренинг. За желанием заранее подготовиться к процессу и только тогда действовать стоит внутренняя тяга к совершенству и страх перед ошибками. А ошибки надо любить. В них источник опыта и мудрости.


Уйти на СО - это не уйти в никуда. Можно вернуться в школу в случае, если ребёнок не справляется с самообразованием.


На подготовку можно взглянуть с разных точек зрения. Если мы говорим об экзамене, то готовиться к нему надо. Если мы говорим о жизни, то подготовить к ней невозможно. Сама жизнь - это и есть учёба. Любые возможности, если идти к ним без страха, что мы ещё не готовы к ним, учат нас быстрее и открывают такие перспективы, о которых умозрительно невозможно было бы догадаться.


Это похоже на то, как если бы я сидела перед окном и смотрела во двор. А соседка бы моя, смотря из своего окна, видела бы море. И вот мы сходимся с ней и говорим о своих видимых мирах, и спорим о том, какие из миров реальнее: море или двор. Я, не видя море, отвергаю его существование. Она, не видя двора, отвергает его существование. Разумнее выйти из дома и увидеть мир в его разносторонности

.

Так и с семейным образованием. Если вы видели в своей жизни только опыт школьного образования, вас страшит СО. Если я видела и то, и другое, то меня уже не пугают сложности и того, и другого. Я стремлюсь расширять свои горизонты, так как опыт расширения кругозора даёт опыт драйва открытий. И уже новое не страшит. Я легко шагаю за границы познанного: каждый шаг приносит испытания, которые я решаю по мере необходимости.

Только так происходит обучение жизни. Если ребёнку дать такой опыт разных возможностей, то он не будет страшиться перемен в своей жизни. И хорошо, если такой опыт он получит тогда, когда защищен нашей поддержкой.

Создать сайт
бесплатно на Nethouse