Статьи

Родительские одергивания

Одёргивания детей относятся к особо изощрённой форме родительского наказания.


Каждый раз, оказываясь среди детей, их родителей или воспитателей, я вижу одну и ту же картину. Детей постоянно одёгивают, то есть мешают проявляться их внутреннему импульсу. «Не прыгай! Не бегай! Что ты кричишь, как полоумная! Ну-ка отойди! Кому говорят! Я тебе...». Идет бесконечный перечень того, что взрослые, якобы, готовы совершить по отношению к ребёнку, думая, что устрашения наверняка на него подействуют. Но прислушаемся, что при этом говорят детям взрослые...


«Я тебе голову оторву!», «Если не прекратишь, я отдам тебя в полицию... убью... брошу тебя, и оставайся здесь один!». Дети по большей части даже не реагируют на подобные одергивания, так как кому из них всерьёз прийдет в голову, что дело дойдёт до расчлененки или до смертоубийства. Это совсем маленькие ещё испытывают страх, но потом они учатся его подавлять, видя раз от раза, что угрозы эти пустые, и за ними ничего серьёзного не стоит. Могут побить, в угол поставить, наказать отсутствием удовольствий... И как только ребёнок постигает суть пустопорожних угроз, он перестаёт реагировать на замечания раздражённых взрослых.


А ещё есть сладкая разновидность одёргиваний. «Милая, не дружи с этой девочкой. Она тебе не ровня», «Осторожно, дорогая, ты упадёшь», «Нет, дорогой, ты не будешь заниматься футболом. Я с детства его ненавижу», «Нет, ты будешь ходить в школу! Так устроен мир. Все ходят, и ты будешь ходить. Мне тоже было плохо в школе, но трудности сделали меня сильным человеком». Да, ребёнку плевать на кичливость взрослого, уверяющего его в своей абстрактной силе, которую этот взрослый не может применить на деле, чтобы защитить его от реальных, а не надуманных страхов.


Постоянные придирки ограничивают свободу детей, вселяя в них неуверенность в своих силах. Слушая такие речи, я не вижу за ними любви к ребёнку, а чувствую родительский страх потерять ребёнка или власть над ним. Я слышу страх ответственности перед обществом, которое может повесить на родителя ярлык «ПЛОХОЙ, НЕДОСТОЙНЫЙ». Либо за одергиванием скрывается ненависть к той свободе, которая плещется в ребёнке, ища выхода. Эта свобода ненавистна многим, ее боятся, а потому жестко или мягко пресекают. Но какую бы форму такое пресечение не имело, оно неизменно по своей сути: направлено на подавление воли ребёнка. И оно имеет явное или скрытое желание подчинить ребёнка и сделать его удобным. А сделав его удобным, можно затем начать им гордиться, находясь в зоне комфорта.


Если разговор вести о подростках, то по отношению к ним угрозы становятся уже не столь безобидными пророчествами их беспросветного будущего: «Если будешь плохо учиться, то станешь дворником!». Это не только уничижение чужого труда, но намёк на никчемность ребёнка. И с этой никчемностью ему приходится либо мириться, либо идти на открытый бунт против всего свода морали, который витает в семье. И тогда он в порыве отвержения выбрасывает на помойку и то, что могло бы ему принести пользу. Этот антагонизм, как и конформизм, наносят ущерб его счастливой будущности.


Сколько раз в детстве, наревевшись до устали, я мстительно думала, забившись в угол: «Вот умру и посмотрю, как вы будете страдать без меня». Мне так хотелось увидеть родительские страдания, которые залечили бы мои раны отверженности. Мне казалось, что они будут сатисфакцией за мои страдания и восполнят ту пустоту в моем сердце, что жаждет их любви. А сколькие дети на моём долгом веку, пугая родителей своей смертью, действительно погибали. Они бросали вызов их ограничениям, но не успевали вовремя остановиться, чтобы узнать хотя бы у смертной черты, как их в действительности любят.

Нет комментариев

Добавить комментарий
Создать сайт
бесплатно на Nethouse